Начало февраля 2026 года. С момента, когда закончился Sziget 2025, прошло примерно полгода, а я всё равно возвращаюсь к нему снова и снова. Этот опыт просится на бумагу, и я долго искал начало пути, вход в мир моих мыслей. В голове слишком много событий, эмоций и выводов, и каждый элемент кажется главным. Я понял одну вещь: радость требует формы. Ей нужна ясность, иначе читатель слышит чужой пресловутый «успешный успех» вместо приглашения прожить что-то своё. Поэтому я решил писать эту серию статей как проект — с уважением к людям рядом, с вниманием к деталям, с заботой о темпе и смысле. По итогу здесь будет много частей, возможно, 12–15, не могу сейчас сказать точно. Но мне важно поделиться тем, как три человека, собственно я, моя жена Юля и наш друг Миша, провели время с 6 по 11 августа на фестивале Sziget в 2025 году. А начну я с первой и довольно важной части «Договариваемся на берегу» — про то, как мы начали планировать Sziget, строить доверие и превращать совместный отдых в пространство свободы и взаимопонимания.

Договариваемся на берегу

Sziget начал собираться для нас как мысль без даты ещё в те дни, когда мы были на Sziget 2024. В голове жила картинка следующей поездки, а календарь оставался пустым: лето 2025 года уже было набито планами, у Миши вырисовывались свои поездки, по работе висели крупные задачи, мой день рождения, который я отмечаю 4 августа, тянул меня с Юлей в отдельную поездку. Поэтому Sziget существовал в формате «когда-нибудь»: 2026, 2027, 2028 — любая точка в будущем подходила, и именно это давало удивительную лёгкость. 

Отсутствие обязательств, которое подарило нам слово «когда-нибудь», дало нам свободу. Мы позволяли себе мечтать широко, а фантазия становилась главным лимитом: какой образ собрать, какой ритм придумать для следующей поездки на Sziget, что улучшить, что упростить, как сделать комфортнее, красивее, быстрее.

Из этой лёгкости родилась привычка копить идеи. Мы ловили удачные мысли на лету и складывали их в заметки и в чат: термобельё на ночь, чтобы не замёрзнуть, нужно не забыть взять шлёпки в душ, удобные коробочки для косметики и мелочей, быстрый доступ к вещам. 

Наши идеи рождались из прошлого опыта. Мы помнили жару в домике и заранее искали сценарий, где сборы на концерт уходят на воздух: на полянку, в тень, туда, где голова работает быстрее и разговоры звучат веселее. Со временем таких заметок стало много, и они начали работать как путеводная звезда в быту. Мой распорядок дня стал меняться. Спортзал получал смысл, питание становилось аккуратнее, сон — ценнее, выносливость — желаннее. Всё же когда у тебя есть такая приятная, но нечёткая цель, ты понимаешь, возможно, сегодня ты не можешь быть уверенным в том, что у тебя получится попасть на фестиваль в 2025 году. Но если вдруг удастся, то было бы хорошо сбросить несколько килограммов или немного накачать свои ноги, так как на Sziget тебе снова придётся ходить по 30–35 км в день каждый день!

Опыт 2024 стал для нас первым полноценным проживанием Sziget в формате «6 дней на острове». Мы прошли эту дистанцию втроём, сохранили отношения, прожили эмоции, поддерживали друг друга и почувствовали, как выглядит командная взаимопомощь в реальных условиях. Параллельно появилось много контактов с новыми людьми, а к концу фестиваля сложилась своя компания, и это дало важное наблюдение: одинаковые слова у разных людей несут разный смысл. На острове эта разница ощущается сильнее, потому что у фестиваля высокий эмоциональный градус. 6 дней подряд вокруг музыка, толпы, выбор событий, усталость, короткий сон, алкоголь, постоянное движение, и реакции ускоряются. Так что даже если вы можете хорошо понимать друг друга вне фестиваля, не факт, что вам будет комфортно в атмосфере всеобщего безумия. 

После 2024 года у каждого из нас постепенно созрело простое внутреннее понимание: для такой недели нужна опора — в общении, в ясности, в уважении к границам, в умении слышать друг друга, в готовности помогать и одновременно в праве оставаться свободным. Эти вещи складывались мягко, по-дружески, кусочками: в разговорах, в коротких фразах, в уточнениях «как тебе удобнее», «что для тебя важно», «где твой предел», «что тебя злит», «что тебя поддерживает». Мы не садились однажды с серьёзным видом, чтобы принять «кодекс поведения». Мы делали более ценное: мы учились совпадать ожиданиями, сохранять доброжелательность и держать темп, где никто никого никуда не тянет. Так и родилась наша первая важная часть подготовки —  «договариваемся на берегу»: заранее, спокойно, с эмпатией, с уважением, с пониманием того, как работает фестиваль и как работаем мы. В этот момент было важно признаться самому себе: я могу быть «не подарок» и мне нужно сделать всё, что в моих собственных силах, чтобы не произошло ничего негативного.

Когда мы дошли до идеи «договариваться на берегу», речь шла про взаимопонимание и опоры, а не про свод правил. Мы хотели сохранить свободу каждого и одновременно сохранить команду. Поэтому внутри нашей компании постепенно сложился принцип «вместе и свободно»: Юля выбирает свой ритм, Миша — свой, а я — свой. Мы встречаемся там, где нам важно быть вместе, а всё остальное оставляем выбором. Кто-то хочет есть — идёт есть. Кто-то хочет спать — идёт спать. Кто-то хочет уйти на другую сцену — уходит на другую сцену. Чат в WhatsApp превращает это в простую координацию: короткое сообщение, понятная точка, спокойная голова, меньше лишних эмоций. 

Свобода в нашей версии держится на самоответственности. Каждый отвечает за себя — за сон, еду, алкоголь, настроение, своё тело. Человек, который перебрал, платит своим временем и ресурсом. Человек, который придерживается трезвости и носит раздражение внутри, тоже отвечает за это состояние. Взрослая часть отдыха начинается именно здесь: воспитание себя, управление собой, уважение к чужим границам. В такой системе исчезает роль спасателя, и вместе с ней исчезает привычная цепочка обид. И это было важно проговорить заранее, так как на самом фестивале ты можешь не успеть. 

Отдельным пунктом нашего осознания стала ценность времени. В 2024 у нас случился день, который растворился в восстановлении после слишком весёлого старта, и этот опыт оказался отрезвляющим. На острове у времени высокая цена: еда, сон, душ, сбор твоего аутлука, переходы от одной сцены к другой, покупки (гипермаркет за пределами фестиваля), сувениры, прогулки по локациям, встречи, концерты. 6 дней звучат как вечность, а внутри дня каждая минута превращается в ресурс. Поэтому мы начали думать про ритм как про проект: понимать, сколько часов съедает подготовка — вовремя собираться, вовремя уходить, вовремя оставлять себе запас. Такой подход даёт чувство свободы, потому что решения принимаются в ясной голове.

Мы заранее учитывали разную физиологию и разные потребности. Юле нужен свой темп сна и больше времени на душ и приготовления. Мише подходит другой режим. Мне иногда необходим личный островок тишины: пройтись одному, проветрить голову, устроить себе маленький me-time. И у всех существуют бытовые потребности, которые появляются внезапно и требуют времени. Мы закладывали запас и уважали различия, потому что этот запас экономит нервы и сохраняет доброжелательность.

И ещё один важный шаг: мы уходили от общих фраз в сторону конкретики. Формула  «классно проведём время» живёт сразу в нескольких вариантах, и каждый человек слышит свой. Для одного «классно» означает тысячи фотографий, для другого — пиво и разговоры, для третьего — максимальное количество концертов. Мы переводили такие слова в понятные смыслы: что именно каждый хочет, где каждый готов уступить, в каких местах мы совпадаем, в каких — спокойно расходимся. Именно так «наш берег» стал мягким и надёжным.

Подготовка к Sziget постепенно стала делом каждого из нас. У всех были свои взрослые задачи: договориться по работе и организовать отпуск на нужные дни, собрать бюджет, найти ресурс, удержать форму. На фоне жила неопределённость по поездке, а движение к мечте продолжалось через маленькие действия, остававшиеся в наших силах. Одним из таких шагов оказалась музыка. Каждый загрузил артистов, которые должны были звучать на Sziget 2025, слушал их по дороге на работу, дома, на прогулках и собирал свой личный список: кого хочется увидеть и услышать, к кому тянет.

Со временем личные списки стали разговором. Мы обсуждали, кто уже объявлен, кто вызывает искреннее «вот бы попасть», где совпадают вкусы, а где они расходятся. Совпадений оказалось много, и это радовало: мы понимали, что сможем прожить большую часть концертов вместе. Различия тоже оказались подарком: они дали нам право расходиться без напряжения. У каждого человека есть свои желания и свои маршруты, и в этом живёт взрослая свобода. Если мне хочется на эту группу, я иду туда и сообщаю об этом. Если Юле хочется на другую сцену, она выбирает свой концерт. Если Мише важно лечь спать или, наоборот, уйти в ночь, он выбирает свой ритм. Команда поддерживает выбор, а чат помогает держать связь и встречаться снова.

И в какой-то момент я увидел в этом ещё одну важную вещь: свобода начинается с уважения к собственному желанию. Человек перестаёт перекладывать своё «хочу» на других и перестаёт ждать, что кто-то обязан сделать ему хорошо. Музыка стала нашим мягким тренажёром коммуникации: мы учились заранее проговаривать планы, делиться открытиями, собираться там, где совпадаем, и спокойно расходиться там, где у каждого своя траектория. Такая привычка формировалась задолго до конкретной даты и уже тогда делала нашу команду устойчивее.

Финансы

Открытость в нашей подготовке касалась не только эмоций и границ, но и денег. Мы заранее смотрели на бюджет поездки и обсуждали его честно, без неловкости и без игры в «как-нибудь само». Мы помнили цены на готовую еду на острове и поэтому планировали питание как часть стратегии: закупки в Aldi на территории фестиваля и походы в гипермаркет Auchan за пределами острова. Это обсуждение оказалось важным именно как разговор команды: когда все понимают рамки и выбирают решения вместе, у людей появляется спокойствие, а у совместного отдыха — опора.

Питание для нас стало частью устойчивости. Фестиваль живёт в режиме высокой нагрузки, и тело быстро включает эмоции на максимум. Голод легко переходит в раздражение, а раздражение быстро превращается в конфликт, особенно среди толпы, в шуме и усталости. Поэтому мы продумывали рацион заранее: что даёт сытость, что подходит желудку, что помогает выдерживать движение и жару, что можно съесть быстро между концертами. Появились простые решения, которые работают как страховка настроения: орехи и другие питательные перекусы в сумке, чтобы в нужный момент закрыть голод за пару минут. Таких находок в процессе стало много, и мне нравилось, что мы обсуждали их спокойно и по-взрослому. Это тоже стало частью «нашего берега»: забота о себе, которая защищает отношения и даёт легко пережить такой эмоциональный момент, как 6-дневный фестиваль.

С аутфитами у нас случилась самая интересная и живая часть подготовки. Вначале каждый из нас подходил к этому осторожно: стеснение, привычка держать себя в рамках, внутренний голос, который предлагает «вести себя прилично». А потом мы начали смеяться, обсуждать, смотреть фотографии с фестиваля и замечать людей вокруг. Мы видели светящиеся вещи, которые ночью превращают человека в маленький праздник. Мы видели большие компании в одинаковых образах: иногда смешных, иногда сексуальных, иногда абсурдных, иногда просто красивых. И чем больше мы на это смотрели, тем сильнее росло желание сказать простую вещь: «я тоже хочу так выглядеть».

Аутфиты 

У аутфита на Sziget существует один настоящий предел — фантазия. В какой-то момент это перестаёт быть разговором про одежду и превращается в разговор про право. Право быть собой. Право выбирать образ без внутренней цензуры. Право проявляться. Право выглядеть странно, ярко, шумно, нежно, дерзко, как угодно — и чувствовать себя в безопасности. Для миллениала с постсоветским опытом это ощущение звучит особенно громко. Детство и подростковость в 90-е учили другому: за внешний вид и инаковость приходило насилие, а не оценка. Длинные волосы у мальчика становились поводом для удара, как и улыбка или «не такая» одежда. Это остаётся в теле и в памяти, даже когда годы проходят и жизнь меняется.

Поэтому Sziget в моём восприятии стал чем-то вроде детского сада для миллениалов — пространством, где взрослые наконец-то получают право на игру. Там можно быть кем угодно и как угодно. Вокруг живёт негласная культура принятия, и это создаёт редкое чувство свободы: взгляд других людей перестаёт быть угрозой, а становится частью атмосферы. И даже встреча с редким осуждением перестаёт ранить, потому что общая среда сильнее отдельных исключений.

Сам процесс подготовки выглядел просто и очень по-нашему. Мы скидывали в WhatsApp-чат ссылки на находки из Amazon, хихикали, примеряли идею в голове, подбрасывали друг другу варианты: «вот это было бы весело», «вот это светится», «вот это подходит к тому». И постепенно такая игра становилась серьёзным ресурсом. Она давала ощущение будущей свободы. Она превращала  «когда-нибудь» в реальную цель: однажды мы приедем на остров, и там мы позволим себе выглядеть так, как хочется. Это вдохновляло. Это грело. Это помогало жить год с ощущением предвкушения и внутренней правды.

Система поддерживает свободу

В моём российском опыте слово «свобода» часто звучало как что-то опасное: как хаос, анархия, детский сад, отсутствие зрелости. Взрослая жизнь будто бы строилась вокруг контроля, обязанностей и постоянного напряжения. И именно поэтому меня так поразило, как у нас получилось собрать другой опыт: свобода стала самым взрослым состоянием из возможных, потому что у неё появились опоры. Мы выстроили доверительное общение, где каждый слышит другого, учитывает границы, бережёт общий ритм и при этом остаётся самостоятельным человеком со своим выбором.

Эта опора родилась из простых вещей, которые в сумме дают невероятный эффект. Мы заранее совпали ожиданиями и назвали желания своими словами. Мы разрешили себе раздельные маршруты по музыке и сохранили радость общих концертов. Мы честно обсудили бюджет и питание, чтобы тело поддерживало настроение, а настроение поддерживало отношения. Мы играли с образами и превращали аутфит в язык свободы, который живёт в теле и в походке. Мы держали связь через чат и выбирали ритм так, чтобы оставались силы на жизнь, а не только на выживание. Из этих элементов сложилась система, и она ощущалась как лёгкость: каждый понимал свою зону ответственности, каждый действовал осознанно, каждый оставался включённым.

Позже, когда собирались материалы для этой статьи, я узнал, что всё это можно описать даже научными словами. Психологи Deci & Ryan в Self-Determination Theory говорят о трёх базовых вещах, которые поддерживают внутреннюю мотивацию и благополучие: автономия, компетентность и связанность. Я неожиданно увидел их у нас вживую. Автономия проявлялась в праве каждого выбирать свой маршрут и свой темп; компетентность — в умении управлять ресурсом: временем, телом, сном, едой, деньгами; связанность — в том, как мы держали контакт, слышали друг друга и оставались командой даже тогда, когда расходились по сценам.

И ещё мне очень отзывается идея Psychological Safety, которую описывает Эми Эдмондсон. Суть в том, что сильные команды создают среду, где люди говорят прямо, задают вопросы, называют усталость, желания, уточняют смысл слов, и от этого команда становится устойчивее. У нас собрались люди с разным бэкграундом: Миша из Риги, мы с Юлей из Краснодара, но у каждого когда-то были своя семья, своя история, своя чувствительность, плюс у нас разный гендерный опыт и разные ритмы тела. И вместо того, чтобы искать различия, мы искали общее: что для каждого важно, как каждому комфортно, где каждый чувствует свободу, где каждому нужна поддержка. Такая привычка превращала разговоры в заботу, а заботу — в доверие.

Эти опоры мы собрали заранее, и именно поэтому на острове у нас почти исчезли поводы «выяснять отношения». Внутри команды не копилось терпение, которое потом превращается во взрыв. У нас оставалась возможность проговаривать состояние сразу, мягко и по делу. И такая возможность работала как вентиляция: эмоция выходила наружу в форме просьбы или наблюдения, а не в форме претензии.

Самым важным для меня оказалось вот что: хорошая система скрывает себя. Она работает как сцена в театре: зритель видит спектакль, а каркас остаётся за кулисами. У нас ровно так и случилось. Я прожил фестиваль без роли начальника, менеджера, человека, который всем напоминает, всех строит и всех тащит. Команда держалась сама, потому что каждый держал себя. И когда структура становится общим делом, свобода перестаёт быть мечтой, она становится ежедневной практикой. В итоге эта подготовка дала нам то, ради чего мы и ехали: 6 дней жизни с открытым лицом, с уважением к себе и к другим, с ощущением «я на своём месте».

В какой-то момент разговоров про Sziget стало так много, что у нас появился простой вопрос: что именно удерживает мечту в формате «когда-нибудь». Мы увидели ответ и вместе выбрали взрослую позицию: взять ответственность за свою жизнь и назвать год вслух. Мы решили: поездка состоится в 2025-м. Да, цены на билеты успели вырасти, и этот факт расстраивал, но не пугал нас. У нас появились ясность по бюджету, точки, где мы экономим, и точки, где мы выбираем комфорт. Долгая эмоциональная подготовка вдруг превратилась в серию быстрых решений: одно тянуло за собой другое, планы становились конкретными, а мечта превращалась в маршрут.

А дальше началась часть, которую хочется рассказать отдельно, про то, как именно мы поехали на Sziget и где в этой истории оказался мой день рождения. Но это уже следующий материал…

Продолжение следует…

Предыдущие части этой истории:

• Sziget 2026. Часть 1. Договариваемся на берегу
• Sziget 2024. Цены, дорога, затраты и прочее
• Sziget 2024. Часть 7 — Последний день фестиваля
• Sziget 2024. Часть 6 — Предпоследний день
• Sziget 2024. Часть 5 — Четвёртый день
• Фоторепортаж с фестиваля Sziget 2024. Часть 4 — Второй и третий дни!
• Sziget 2024. Часть 3 — Первый день на фестивале
• Sziget 2024. Часть 2. Полезные советы и жизнь на острове
• Как прошёл фестиваль Sziget 2024. Часть 1. Предыстория
• Sziget 2023. Финал: Billie Eilish
• Фоторепортаж Sziget 2023. Часть 5. Будапешт
• Sziget 2023. Часть 4. Быт, жизнь, наблюдения
• Sziget 2023 – Часть 4. Ночная жизнь фестиваля
• Sziget 2023: выступление Imagine Dragons и других
• Sziget — волшебство, что всегда с тобой. Часть 2
• Sziget 2023 – Приключение, которое невозможно забыть. Часть 1