Эстонский город Нарва расположен на крайнем востоке страны, непосредственно у границы с Россией. Через реку находятся российский Ивангород и пограничники, которых руководитель полиции Эстонии Эгерт Белитшев называет сотрудниками ФСБ. Между сторонами моста — менее 300 метров, однако пространство разделено колючей проволокой и усиленными средствами контроля. Белитшев описывает этот участок как последний рубеж Евросоюза перед Россией. Из Нарвы, по его словам, видны пожары на российских нефтяных объектах в Усть-Луге после ударов украинских беспилотников.
Граница отражает длительную и конфликтную историю двух стран. На эстонском берегу стоит средневековая Германская крепость, построенная датскими правителями, а напротив — Ивангородская крепость, возведённая Россией. По словам Белитшева, российская сторона использует её для демонстрации пропагандистских видеоматериалов на больших экранах. В ответ на эстонской крепости вывесили плакат с изображением Владимира Путина с усами Адольфа Гитлера и надписью, называющей его военным преступником. Во время визита австрийского министра внутренних дел Герхарда Карнера его эстонский коллега Игорь Таро подарил ему свитер с лозунгом «Здесь начинается Европа». Этот же лозунг городские власти размещают на сувенирах, подчёркивая, что Нарва должна восприниматься не как место, где Европа заканчивается, а как её передовой пункт.
Несмотря на укрепления, граница остаётся проницаемой для людей. Эстония вкладывает миллионы евро в наблюдение и строит новые контрольные вышки, предназначенные в том числе для противодействия беспилотникам. При этом ежедневно мост пересекают пешком около 1 200 человек — главным образом женщины с багажом. Представитель пограничной службы Ээрик Пургель объясняет, что среди них есть бежавшие из России граждане с видом на жительство в Эстонии и эстонские жители российского происхождения. До полномасштабного вторжения России в Украину через переход проходили примерно 10 тысяч человек в сутки; теперь автомобильное движение запрещено, а пересечение возможно только пешком.
В самой Нарве, третьем по величине городе Эстонии с населением более 50 тысяч человек, русский язык остаётся доминирующим: на нём говорят около 97% жителей. Значительная часть населения — потомки этнических русских, экспатриированных сюда советскими властями после Второй мировой войны. Многие пользуются так называемым серым паспортом, позволяющим путешествовать, но фактически оставляющим их без полноценного гражданства. В масштабах Эстонии примерно треть жителей имеет российские корни, поэтому вопрос о том, кого считать эстонцем, остаётся политически чувствительным со времени восстановления независимости в 1991 году.
После российского вторжения в Украину Эстония ужесточила языковую и гражданскую политику. Русскоязычное обучение предполагается полностью прекратить к 2030 году, а в 2025 году жителей без эстонского паспорта лишили права голосовать на муниципальных выборах. В Таллине не считают, что эти меры обязательно приведут к сценарию, похожему на события в Украине или Грузии, хотя Москва неоднократно использовала заявления о якобы притесняемом русскоязычном населении как обоснование вмешательства. Игорь Таро признаёт, что российское руководство в любом случае способно организовать провокацию. Герхард Карнер, в свою очередь, поблагодарил Эстонию за защиту внешней границы и заявил, что страна выполняет эту работу в интересах всего Евросоюза.
До сих пор российское вмешательство вокруг Нарвы проявлялось преимущественно в информационной сфере. Весной в социальных сетях распространился слух, будто город намерен создать «народную республику» по образцу контролируемых Россией образований в Донбассе и присоединиться к РФ. В Нарву приехали журналисты из разных стран, однако подтверждений существования сепаратистского движения они не нашли. Эстонская сторона характеризует историю как российскую информационную акцию без реальной основы. Белитшев считает, что жители приграничья хорошо представляют условия жизни в России; более серьёзную угрозу он видит в людях, восприимчивых к российской пропаганде, причём многие из них находятся не у границы, а значительно западнее в Европе.
Это перевод новостной статьи австрийского издания. Источник: Kurier