Маргарете Шютте-Лихоцки родилась ещё при Франце Иосифе, а умерла уже на пороге XXI века. За эти сто с лишним лет вокруг неё успели исчезнуть империи, появиться и рухнуть диктатуры, несколько раз измениться политическая карта Европы — и почти каждый крупный перелом века так или иначе прошёл через её собственную жизнь. Шютте-Лихоцки была одной из первых женщин-архитекторов Австрии, работала в разных странах и постоянно оказывалась там, где архитектура переставала быть просто профессией и становилась частью большой истории. Именно поэтому её биография читается скорее как роман о XX веке, чем как обычный рассказ об архитекторе.
Маргарете Шютте-Лихоцки
Маргарете Шютте-Лихоцки (нем. Margarete Schütte-Lihotzky) стала одной из первых женщин в Австрии, профессионально занимавшихся архитектурой, создала знаменитую «Франкфуртскую кухню», работала в Германии, Советском Союзе, Турции, Болгарии, Китае, на Кубе и в ГДР.
Биография
Маргарете Шютте-Лихоцки родилась 23 января 1897 года в Вене, в районе Маргаретен, и прожила почти весь XX век. Она выросла в обеспеченной семье. Её отец Эрвин Лихоцки был государственным служащим либеральных взглядов и придерживался пацифистских убеждений. Он приветствовал распад Габсбургской монархии и создание Австрийской республики в 1918 году. Мать, Юлие Боде, происходила из семьи, связанной с немецкой художественной средой.
В 1915 году Маргарете поступила в Венскую школу художественных ремёсел. Для женщины того времени сама возможность учиться архитектуре была почти исключительной: позднее она вспоминала, что в 1916 году никому, включая её саму, не приходило в голову, что женщине когда-нибудь действительно поручат построить дом. Она училась архитектуре у Оскара Штрада и строительному делу у Генриха Тессенова, а уже во время обучения заинтересовалась темой социального жилья. В 1917 году Штрад предложил Шютте-Лихоцки принять участие в конкурсе проектов рабочих квартир, и именно тогда она впервые всерьёз столкнулась с вопросом того, как архитектура может менять повседневную жизнь людей.
После окончания учёбы Шютте-Лихоцки работала над проектами доступного жилья, поселений и небольших домов. В начале 1920-х годов она сотрудничала с Адольфом Лоосом и участвовала в венском движении поселенцев. Её всё больше интересовали рационализация домашнего труда, дешёвое строительство и создание жилья для семей с небольшими доходами.
Франкфурт
В 1926 году немецкий архитектор Эрнст Май пригласил Шютте-Лихоцки в строительное управление Франкфурта-на-Майне. Город тогда реализовывал масштабную программу социального жилья, известную как «Новый Франкфурт». Именно здесь Шютте-Лихоцки создала работу, которая впоследствии затмила почти всю остальную её карьеру, — «Франкфуртскую кухню». Идея заключалась в том, чтобы превратить приготовление пищи из хаотического домашнего труда в рационально организованный процесс. Шютте-Лихоцки изучала движение человека по кухне, расстояния между рабочими поверхностями и расположение инструментов; источниками вдохновения служили исследования эффективности труда и компактные кухни железнодорожных вагонов-ресторанов. В результате получилось небольшое помещение, где практически всё находилось на расстоянии вытянутой руки. В новых франкфуртских домах было установлено около 12 000 таких кухонь. Позднее сама архитектор относилась к этой славе довольно раздражённо. Она считала несправедливым, что десятилетия её работы свелись в общественном сознании к одному интерьеру. Во Франкфурте Шютте-Лихоцки познакомилась с архитектором Вильгельмом Шютте, за которого вышла замуж в 1927 году.
Советский Союз
В 1930 году начался один из самых интересных и противоречивых периодов её жизни. Политическая и экономическая ситуация в Веймарской Германии ухудшалась, и Эрнст Май принял предложение работать в Советском Союзе. Вместе с ним в Москву отправилась группа примерно из 20 архитекторов и специалистов, позднее получившая название «бригада Мая». Шютте-Лихоцки пригласили как специалиста по детским учреждениям, а её мужа — как специалиста по школьному строительству.
Их работа была непосредственно связана с первым сталинским пятилетним планом. Иностранные архитекторы должны были проектировать новые социалистические промышленные города, возникавшие вокруг гигантских заводов. Одним из главных проектов стал Магнитогорск на Южном Урале. Когда группа туда приехала, будущий индустриальный центр представлял собой в основном бараки и глинобитные постройки, однако предполагалось, что всего за несколько лет его население вырастет примерно до 200 000 человек, большинство из которых будет работать на металлургическом комбинате.
Шютте-Лихоцки проектировала детские сады и другие учреждения для детей; один из созданных ею детских садов находился на улице Чайковского. В последующие годы она продолжала работать в СССР. В 1934 году она вместе с мужем совершила поездки в Японию и Китай, а с 1934 по 1936 год работала в Московском архитектурном институте, занимаясь, в частности, проектированием детской мебели.
В эти годы Шютте-Лихоцки ещё не состояла в Коммунистической партии Австрии, однако её политические взгляды уже были марксистскими, и сама идея строительства социалистического общества ей была близка. Одновременно её пребывание в СССР совпало с резким ужесточением сталинского режима. К середине 1930-х годов массовые репрессии усилились, а положение иностранцев, в том числе немцев и австрийцев, стало особенно опасным.
В августе 1937 года супруги выехали из Москвы в Париж. Формальным поводом была необходимость продлить паспорта: сделать это через дипломатические учреждения в Париже было проще. Однако обратно они уже не вернулись. Немецкая биография осторожно формулирует этот эпизод: Шютте-Лихоцки и её муж сохранили марксистские убеждения и не выступили открыто против сталинских чисток, но, вероятно, понимали, насколько опасной становилась ситуация в СССР, особенно для немецкоязычных иностранцев. Именно тогда начиналась так называемая «немецкая операция» НКВД, в ходе которой тысячи людей были арестованы и расстреляны. При этом нет свидетельств, что опыт сталинского Советского Союза заставил Шютте-Лихоцки отказаться от коммунистических взглядов: политически она осталась на прежних позициях.
Стамбул и вступление в Коммунистическую партию
Из Парижа супруги перебрались в Стамбул. В нейтральной Турции тогда существовала довольно большая среда европейских эмигрантов, среди которых были архитекторы, музыканты и учёные, покинувшие Германию и Австрию. Шютте-Лихоцки преподавала в Академии изящных искусств и проектировала школы и детские учреждения; среди её коллег был известный немецкий архитектор Бруно Таут.
После аншлюса Австрии нацистской Германией её политическая деятельность стала значительно активнее. В 1939 году Маргарете и Вильгельм Шютте присоединились к стамбульской зарубежной группе Коммунистической партии Австрии, созданной архитектором Гербертом Айххольцером для поддержки подпольного сопротивления в самой Австрии. Именно в этот период Шютте-Лихоцки стала организационно связанной с КПА.
Когда её контракт с академией был прекращён, она согласилась на чрезвычайно опасное задание. В декабре 1940 года Шютте-Лихоцки отправилась в Вену как курьер, чтобы установить связь между стамбульской группой и коммунистическим подпольем внутри Австрии.
Арест
Миссия закончилась катастрофой. 22 января 1941 года, всего через несколько недель после приезда в Вену, Шютте-Лихоцки была арестована гестапо. Причиной стал провал подпольной сети: информатор Курт Коппель, работавший под псевдонимом «Осси», выдал участников сопротивления. Вместе с Шютте-Лихоцки был арестован Эрвин Пушман — один из руководителей коммунистического подполья в Австрии.
Обвиняемым вменили государственную измену, а на процессе прокурор потребовал смертной казни для всех шестерых подсудимых. Для троих из них процесс действительно закончился казнью: Эрвин Пушман, Франц Зебек и Карл Лизец были казнены 5 марта 1943 года. Шютте-Лихоцки смертного приговора избежала. В сентябре 1942 года Народная судебная палата приговорила её к 15 годам тюремного заключения.
Позднее она считала, что её могла спасти необычная деталь. В суд было передано письмо турецкого Министерства образования, в котором сообщалось, что архитектор необходима Турции для проектирования профессиональных школ. По воспоминаниям Шютте-Лихоцки, немецкие власти могли не захотеть осложнять отношения с нейтральной Турцией. Однако подлинность этого письма позднее ставилась под сомнение: существует версия, что его мог сфальсифицировать её муж, пытаясь спасти жену.
Шютте-Лихоцки отправили в женскую тюрьму Айхах в Баварии, где она провела оставшуюся часть войны. Во время заключения ей удавалось переписываться с мужем, остававшимся в Стамбуле, и почти вся эта переписка сохранилась. В апреле 1945 года тюрьму освободили американские войска.
Возвращение к коммунизму после войны
После освобождения Шютте-Лихоцки сначала работала в Софии, а в 1947 году вместе с мужем вернулась в Вену. Казалось бы, известный архитектор, участница сопротивления и человек, проведший годы в нацистской тюрьме, должна была легко найти место в огромной программе послевоенного восстановления города. Однако этого не произошло.
Шютте-Лихоцки оставалась убеждённой коммунисткой, тогда как венская социал-демократическая администрация в условиях начинавшейся холодной войны занимала резко антикоммунистическую позицию. В результате крупных муниципальных заказов она почти не получала. Позднее архитектор с горечью отмечала, что бывшие нацисты значительно быстрее возвращались к крупным проектам, чем она.
Полностью из профессии её, однако, не вытеснили. Около 1950 года Шютте-Лихоцки удалось спроектировать несколько муниципальных жилых домов и детский сад на Капаунплац, позднее появились и другие заказы. Одновременно она всё активнее участвовала в политической и общественной жизни: в 1948 году она стала первой председательницей Союза демократических женщин Австрии, работала в женском и мирном движении, а в 1949 году баллотировалась в Венский городской совет от левого блока. Её принадлежность к коммунистическому движению оставалась совершенно открытой.
В 1951 году Шютте-Лихоцки рассталась с Вильгельмом Шютте. После этого она много работала самостоятельно, проектировала выставки, выполняла частные заказы и сотрудничала с международными организациями. Одновременно её профессиональные связи всё чаще вели в социалистические страны: она работала консультантом в Китайской Народной Республике, на Кубе и в Германской Демократической Республике.
В середине 1950-х годов вместе с бывшим мужем и другими архитекторами Шютте-Лихоцки спроектировала в Вене комплекс издательства Globus для Коммунистической партии Австрии. Именно там десятилетиями выпускалась партийная газета Volksstimme. Она участвовала также в проектировании народных домов КПА в Граце и Клагенфурте. Ни советский опыт 1930-х годов, ни послевоенная информация о сталинских репрессиях не привели её к публичному разрыву с коммунистическим движением: свои убеждения она сохранила до конца жизни.
Позднее признание
По-настоящему признавать архитектурные заслуги Шютте-Лихоцки Австрия начала лишь спустя десятилетия. В 1980 году женщина получила архитектурную премию города Вены, а в 1985-м вышли её воспоминания о сопротивлении и тюремном заключении.
Через несколько лет произошёл ещё один характерный эпизод. В 1988 году Шютте-Лихоцки присудили Австрийский почётный знак «За науку и искусство», однако она отказалась получать его из рук президента Курта Вальдхайма из-за споров вокруг его деятельности во время Второй мировой войны. Награду она приняла только в 1992 году от следующего президента — Томаса Клестиля. Год спустя в венском Музее прикладного искусства состоялась первая большая выставка, посвящённая всему её творчеству.
Даже в очень преклонном возрасте Шютте-Лихоцки продолжала вмешиваться в общественные дискуссии. После того как Йорг Хайдер назвал нацистские концентрационные лагеря «лагерями наказания», она вместе с другими людьми, пережившими нацистские преследования, подала против него иск, считая такую формулировку попыткой преуменьшить характер лагерной системы.
В 1997 году Шютте-Лихоцки исполнилось 100 лет. К этому времени она уже воспринималась в Австрии как одна из ключевых фигур архитектуры XX века и как свидетельница целой эпохи. Она умерла в Вене 18 января 2000 года, всего за 5 дней до своего 103-летия.
Маргарете Шютте-Лихоцки прожила жизнь, в которой архитектура постоянно переплеталась с политикой. Она проектировала социальное жильё в Вене и Франкфурте, участвовала в сталинской индустриализации Советского Союза, оставалась марксисткой в годы Большого террора, вступила в Коммунистическую партию и ради подпольной борьбы против нацизма сознательно вернулась в оккупированную Вену, где едва не была казнена. После войны она не отказалась от коммунизма и заплатила за это профессиональной изоляцией в Австрии времён холодной войны. Именно поэтому её биография значительно сложнее привычной истории женщины, однажды придумавшей «удобную кухню».